Так и жил художник, и только одно его печалило: ужасно хотелось нарисовать ночную радугу, а никак не получалось. Что поделаешь, если радуги ночью не бывает. Ночью один цвет бывает - черный.

Но художник и здесь выход нашел. Взял самую тонюсенькую беличью кисточку, протянул руку к небу и коснулся яркой звезды. Звезд на небосклоне много - и все разноцветные. Вега - голубая, Антарес - кровавый, Арктур - апельсиновый, Капелла и Поллукс - золотистые, Регул - ярко-синий. У многих звезд художник и названий не знал, но цвет-то видел и кисточкой к ней тянулся. Нашел даже зеленое светило спектрального класса F-5 (кто не знает, что это значит - пусть спросит у знакомого звездочета). А с фиолетовым цветом вышла у художника ошибка. Фиолетовых звезд на небе много, но видно их плохо, потому что фиолетовый цвет на черном не сразу и различишь. И все-таки выбрал художник безымянную звездочку класса 0 и тронул ее кистью, чтобы краски набрать. И не заметил, как дрогнула его рука, и кисть коснулась не звезды, а темноты. Напиталась кисть черной ночью, и едва художник хотел на картине последнюю полосу провести, как растеклась тьма по всей радуге, зачернила звонкий спектр, и получилась радуга не цветная, а грязная. Вместо красного цвета - бурый, вместо оранжевого - коричневый, вместо желтого - серый, вместо зеленого - хаки, вместо голубого - асфальтовый, а вместо синего и фиолетового - угольный и сажевый. Такая вот радуга.

Художник с досады кисть бросил и убежал из мастерской, а серая радуга одна осталась. Посмотрела она на себя в зеркало и заплакала черными слезами от жалости к самой себе. Кому она нужна - такая замарашка?

Соскользнула радуга с картины, забилась под шкаф, чтобы даже случайно никто ее не заметил. А как настала густая ночь, проползла грязная ночная радуга под дверь и пошла куда глаза не глядят и ноги не идут. Улицей шла, полем и лесом, и все глаза никуда не глядели: нигде нет места грязной радуге.